12

Павел Городницкий («Разбітае сэрца пацана»): «Если мы распадёмся, вы узнаете об этом одни из первых»

«Трасяночные» фразы из песен группы «Разбітае сэрца пацана» уже давно приобрели статус крылатых, а некоторые танцевальные па дэнс-поддержки ЭВМ стали притчей во языцех.

Корреспондент Ultra-Music встретился с одним из фронтменов группы и поговорил о современном искусстве, роли белорусского языка в мире и о жёлтых слухах.

Павел Городницкий («Разбітае сэрца пацана»)

Мы встречаемся с Павлом в Доме дружбы народов. Пройдя мимо мудро перелистывающей газету вахтёрши и получив порцию нравоучений о том, что дверь после входа в помещение должна быть закрытой, попадаем в огромный камерный зал. По словам Городницкого, здесь нередко проходят камерные и акапелльные концерты под эгидой посольства Германии, которое находится в двух шагах от памятника дореволюционной архитектуры. Как оказалось, это место выбрано неслучайно: Павел здесь задействован в съёмках документального фильма. Заняв лучшие места в партере под последними осенними лучами солнца, легко проходящими через четырёхметровое массивное окно, мы с ходу принимаемся за разговор.

— В недавнем интервью вы анонсировали новый альбом. О чём он будет?

Я не знаю, о чём он будет. Пока написана только одна песня. Скорей всего о жизни нашей, о том, что нас окружает. Какие-то философские моменты. Вопросы жизни, смерти, любви, добра, красоты.

— В общем, с твёрдой концепцией ещё не определились?

Нет. Концепция будет вырисовываться из того, какие будут песни. Мне бы хотелось более светлого звучания, простора полей в стиле The xx. А по текстам концептуально никакого представления нет.

— Собираетесь записываться на белорусском языке?

Собираемся, но как получится. Это моё такое желание и желание остальных участников группы. Хотелось бы в этом направлении двигаться.

— Чтобы поднять культурное возрождение в стране?

Мне кажется, что сейчас время Ренессанса. Такого, который был в 90-х годах. Сейчас меня вдохновляют многие люди. В частности, режиссёр Валерий Мазынский, с которым мы сейчас кино снимаем. Потрясающий режиссёр, который делает фильмы про Беларусь на белорусском языке. И эти фильмы не местечковые. Ещё «Ляпис Трубецкой» и Сергей Михалок. Они во Львове и в Москве замечательные концерты отыграли. Это показывает, что тема белорусского языка и Беларуси очень востребована в мире, а не только у нас.

Павел Городницкий («Разбітае сэрца пацана»)

— Три альбома за пять лет — хорошая скорострельность…

Никто не говорит, что мы его в этом году выпустим. Может пройти довольно много времени, но мы попробуем.

— На что он будет похож? На очень оригинальный первый, с флейтой, или на второй, более тяжёлый и с электронщиной?

На первый точно не будет похож. Вероятнее всего, он будет логическим продолжением второго. Будет больше синтезаторов, клавишных, каких-то лупов. Я думаю, это будет шаг вперёд и вверх, но никак не назад. Не первый альбом.

— «Rozaвы zакат» по звучанию был уникальный в отличие от «Не налівай». Сдаётся, что эта музыка немного второсортна.

Да, но флейта тоже не уникальный инструмент. У многих группа она есть и далеко за примерами ходить не надо, те же «Сплин» и Jethro Tull. Хрен его знает, на самом деле, что лучше. Лучше то, что на данный момент тебе кажется лучшим и то, что совпадает с твоим мироощущением. На тот момент нам показалось, что альбом таким должен быть — грязным по звуку и жёстким. Мы поэтому так долго его делали с Андреем Жуковым. Жуков в таком звуке знаток, дока. Он мурыжил звук, сравнивал с The Raconteurs, Dead Weather. Мы добивались такого грязного, гаражного рок-звучания. Сейчас, это лично моё мнение, хочется более электронного саунда. Возможно, будет флейта, возможно, будет что-то другое. Никто не отменял возможность экспериментировать. Процесс творческий, он такой: захотел использовать варган — используй, захотел — скрипки, захотел — волынку… Разнообразие звуков в программе Sound Forge оставляет большое поле для деятельности и огромный простор для фантазии.

— А шокировать публику, как когда-то клипом «Walli-e», есть в планах?

Есть план снять клип, а шокировать в хорошем смысле хочется. Тема обнажённого тела, мне кажется, своё уже отыграла. И будет глупым пытаться опять на этом выехать. Можно удивить самих себя и снять что-нибудь другое. Может быть что-то классическое. Например, вот в таком зале люди в белых костюмах ходят. Какая-то идея должна присутствовать в клипе. Меня очень впечатлил клип группы Interpol на песню «Lights» — после просмотра сразу начинает фантазия играть.

Павел Городницкий («Разбітае сэрца пацана»)

— Было много споров, когда вы выложили этот клип. Это было ваше видение современного искусства или дешёвый пиар, как прокомментировали некоторые зрители?

Мы не ставили цель пропиариться как-то. На тот момент мы ставили цель поржать, пошутить в хорошем смысле и непошло. Мне кажется, это непошлый клип. Довольно на тот момент взрывоопасный. Я до сих пор его смотрю с удовольствием. Мне кажется, что это смешно, остро и небанально. А уже дело критиков относить это к постмодернизму либо футуризму. Мы просто круто оторвались.

— Какой-то смысл там зашифрован, или это просто набор картинок?

Если брать за основу текст, а там поётся про роботизацию, то мы разрисовались, будто мы роботы. Просто танец роботов, но почему-то у роботов есть человеческое тело, а душа роботизирована. Миром правят роботы. Вообще, заморачиваться не стоит по этому клипу. Мы с Сирым (Макс Сирый, клипмейкер — прим. автора) на момент снятия клипа его долго обсуждали. Все пытались найти историю в этом клипе под текст песни, а мы исходили из того, что чем более отдалённым будет видеоряд от песни, тем лучше. Это стиль Сирого и Михея. Мне он нравится. В нём включаются механизмы абстрактного мышления.

— Почти все участники РСП — актёры Свободного театра. Какое место в жизни занимает театр, какое — группа?

Да, у нас четыре человека из группы — актёры. Театр довольно много времени занимает. Если бы не было театра — было десять альбомов за три года. Хотелось бы больше времени отдавать группе. Но группа пока не приносит денег, и я не уверен, что она будет приносить. А может и хорошо, что не приносит, зато мы можем делать что-то своё, у нас нет никаких лейблов, меценатов, мы всё делаем своими силами. Это творчество в чистом виде. Но на жизнь мы зарабатываем с помощью театра. Причём так интересно совпало, что работа — это наша профессия. Я, Денис, Марина и Юля отучились в университете культуры по актёрской профессии.

— Недавно ходили слухи, что группа находится на грани распада…

Мне интересно, кто эти слухи распускает… Слухи давайте оставим жёлтой прессе. На самом деле у нас всё хорошо в группе, и никаких скандалов вы не дождётесь от нас. Концерт с IQ48 показал, что мы находимся в хорошей форме. Много идей, много творческих планов — только реализовывать. Если мы распадёмся, вы узнаете об этом одни из первых.

Автор: Евгений Карпов / Ultra-Music

Фото: Анна Юнхова

Группы: Разбітае сэрца пацана

Ваш комментарий

Войти через Вконтакте Войти через Facebook

Если у вас возникли проблемы с авторизацией, сообщите нам на [email protected]