20

Брюно Пельтье в Минске: «Когда появился „Нотр Дам“, это было настоящее цунами!»

Минск встретил Брюно Пельтье (Bruno Pelletier) совсем не майским холодом и моросящим дождём, а звезда «Нотр Дам де Пари» журналистов — улыбкой и традиционным «Привет!», сказанным, как ни странно, по-русски.

Есть люди, к которым подсознательно тянет, люди талантливые, блестяще образованные, умные, умеющие интересно говорить и умно рассуждать… Брюно Пельтье оказался именно таким. Очаровательный в своей простоте: никаких барьеров, улыбки свысока и снисходительного взгляда. Удивительно моложавый, улыбчивый и солнечный. Со светлыми добрыми глазами и очень приятным голосом даже в обыденной речи.

Брюно спрашивали о судьбе и о музыке, о признании, таланте, и, конечно, «Нотр Даме». Артист рассуждал, смеялся и даже немного говорил по-русски.

— Я всегда был верен музыке, — рассказывает он, — я говорил, что буду на сцене. У меня было две страсти: спорт и музыка. Я оказался с музыкой, так получилось само собой, это были события, случайности, сплетения всего… Просто так сложилось.

Брюно Пельтье со смехом вспоминает своё первое путешествие в страны бывшего СССР: «Когда мне предложили поехать первый раз в Москву, я позвонил Гару и спросил: „Ну как там, в России, там не страшно?“».

Пельтье приехал в Минск за день до концерта и планировал сразу же оправиться на экскурсию по городу. Однако её перенесли на 17 число — день сольного выступления.

— Из-за дождя не было возможности увидеть многого, — сокрушался Брюно. — Пока я видел только Курган Славы (он меня поразил) и Национальную библиотеку. Такова жизнь артиста: сегодня мы приехали и вот уже на пресс-конференции, и ещё не было времени для того, чтобы осмотреть город. Не всегда есть возможность увидеть какие-то достопримечательности: репетиция, концерт, а потом я уезжаю… К сожалению, из-за нехватки времени не получается делать так, как хотелось бы.

Брюно учит русский язык. По-видимому, один из самых сложных языков мира не оставил равнодушным артиста. Рассказывая о своих успехах в изучении русского, Брюно улыбается. Видно, что уроки приносят ему настоящее удовольствие.

— Я учу русский язык, чтобы общаться со своими поклонниками на их языке, — рассказывает артист. — У меня замечательный преподаватель. Я уже нашёл песню, которую хотел бы спеть на русском и на французском языках. Но для меня пока это очень сложно. Я лучше понимаю романские языки: итальянский, английский, французский, испанский…. А русский, украинский для меня намного сложнее. На концертах в русскоязычных странах я смотрю в свои заметки, шпаргалки, чтобы общаться с поклонниками на их родном языке.

И — конечно — о «Нотр Дам де Пари» и жизненных вердиктах звезды мюзикла.

— В начале 90-х годов это было сумасшествие, — вспоминает Пельтье. — Это было настоящее цунами, когда появился «Нотр Дам де Пари»… В этот момент я понял, какую карьеру в жизни я должен выбрать и продолжать. Как только появился успех, работа пожирала все время, всю личную жизнь. У меня не оставалось времени на себя. Я вдруг понял, что это не то, чего я хотел в своей жизни. Сейчас я стал более уравновешенным, чем в тот момент безумия. Я делаю столько концертов, сколько считаю нужным, и не занимаю весь год гастролями. Наконец-то у меня появилось время и для себя, и для моей семьи. Вот такое равновесие — лучше не бывает. Я намного лучше себя чувствую в атмосфере простых людей, чем в окружении взволнованных звёзд!

Артист с лёгкостью находит ответы даже на самые неожиданные вопросы: «Считается, что настоящий певец может при помощи своего голоса разбить стакан. Приходилось ли Вам во время пения бить посуду, будить спящих или исцелять кого-то от болезней?» Рассмеявшись, Пельтье ответил:

— Единственное, что я сломал — это мой голос, который я слишком эксплуатировал поначалу. Никогда не слышал, что голосом можно разбить вдребезги хрусталь. Наверное, это все-таки легенда. У каждого певца свой голос, свой феномен. Есть певцы, которые исполняют, а вы ничего не чувствуете. Некоторых слушаешь, и по тебе словно вибрации проходят, это, может быть, и есть феномен выздоровления: благодаря музыке можно выздороветь, ведь это положительные эмоции. Музыканты — доктора души.

На деле же, точнее, на концерте, казалось, что Пельтье может своим голосом разбить не только стакан, но и окна с зеркалами, а за ними витрины магазинов…


Когда выключили свет, и на сцене появился Пельтье и взял первые ноты первой песни, люди как будто сошли с ума. Они уже его любили, да так, что он с успехом мог раскланяться и уйти, все равно его бы считали самым замечательным.

«Это мой первый визит в Минск!» — сразу признаётся Брюно, на что зал отвечает ликованием. А потом пошло-поехало. Охапки цветов, среди которых было больше всего роз всевозможных цветов и сортов, много-много аплодисментов и смеха. В этот миг респектабельные и серьёзные дамы (к слову, процентов девяносто зрителей были именно женщины) словно превратились в маленьких девочек, которым сделали самый желанный в их жизни подарок. Они смеялись, подпевали и будто подтанцовывали, размахивая сине-белыми флажками Квебека. Их предусмотрительно положили на каждое место импровизированного партера вместе с запиской-просьбой махать символикой во время очень важной для квебекцев песни «La Manic».

Конечно, артист не мог не порадовать поклонников песнями поэта Гренгуара из мюзикла «Нотр Дам де Пари». Исполнил он не одну, как обычно, а целых три композиции. Третья — безумно любимая публикой «Le temps des cathédrales» — стала кульминацией концерта. Брюно спустился со сцены в партер, пел, принимая букеты и улыбаясь поклонницам. И даже дал посолировать мальчику лет шести, выбежавшему ему на встречу. А когда совсем ещё маленькая девочка прибежала вручать артисту, наверное, уже сотый букет, он не удержался и умилился «Young женщина!»

Почти весь концерт Брюно на самом деле говорил по-русски. Пусть он пользовался записями и шпаргалками, добавляя многое по-французски, было просто по-человечески приятно. Во многом благодаря этому атмосфера стояла совсем домашняя и дружеская… «Я буду… Пет? Пэть?» — задумался Брюно, стараясь выговорить сложное для него русское слово… «Петь!» — помогли одновременно человек двадцать. Брюно рассмеялся.

Пельтье оказался человеком тонко чувствующим и глубоко эмоциональным. Ещё на пресс-конференции, рассказывая о своём отце, он сказал замечательные слова.

— Самое важное для человека, особенно, для мужчины — получить одобрение собственного отца, — считает артист. — Я хотел бы получить одобрение своего отца, чтобы он был рад видеть, как замечательно сложилась моя карьера.

А во время концерта он посвятил отцу песню, невероятно мелодичную и трогательную. Не забыл и о сыне: спел для него любимое многими «Aime»…

Удивительно менялся голос артиста в рамках даже одной песни. Он был и низким, с хрипотцой, и высоким альтино… Наравне с песнями из мюзикла и альбомов Брюно ближе к концу концерта прозвучало несколько песен Deep Purple («Из моего старого рок-багажа»), которые, как и последние минут двадцать, начиная с представления музыкантов, зрители слушали стоя, в знак уважения и, заодно, желания лучше и ближе увидеть любимого музыканта.

Напоследок Пельтье оставил напутствие молодым музыкантам: «Я говорю: не будьте как все, будьте единственными в своём роде. Надо просто быть открытыми. Пускай получится то, что получится».


Фоторепортаж с концерта.

Автор: Евгения Логуновская / Ultra-Music

Фото: Валентин Хасеневич

Группы: Bruno Pelletier

Ваш комментарий

Войти через Вконтакте Войти через Facebook

Если у вас возникли проблемы с авторизацией, сообщите нам на support@ultra-music.com