3

Stevie Black: «У нашей группы тестостерона хватит на всю белорусскую армию»

Глэм-рокеры Stardust Circus презентуют на Ultra-Music дебютный альбом «Monkeys of XXI». Корреспондент портала встретился с гитаристом и основателем коллектива Стиви Блэком и поговорил о связи цирка и рок-н-ролла, андрогинности и минском сталинском ампире.

Stardust Circus

«Альбом связали с красной армией, следующий, возможно, свяжем с русским цирком»

— По-моему, в США есть цирк с названием Stardust Circus.

— В Австралии. Цирк классно передает концепцию рок-н-ролльной группы. Шоу переезжает из города в город и развлекает народ. Слово «Stardust» дословно не переводится, но, в общем, обозначает Звездный цирк. Цирк, где собираются лучшие циркачи: самые сильные атлеты, самые красивые девочки-гимнастки. Западному слушателю название ложиться на ухо сразу. Мы официально зарегистрированы как торговый знак в Беларуси. Также мы в регистре Американской национальной музыкальной библиотеки. Ещё одной музыкальной группы с таким названием в мире нет. А с цирком так совпало. Может быть, когда-нибудь мы сделаем с ними совместное шоу.

У нас много идей, связанных с концепцией альбома. Этот мы связали с красной армией, следующий, возможно, свяжем с русским цирком. Классно пытаться показать национальную культуру. Многие группы сейчас косят. Рваными джинсами и кедами сейчас никого не удивить. Как удивить западную публику, ярко показали Rammstein. За пять километров до концертного зала видно, что это немецкая команда.

— В Беларуси у них были проблемы, связанные с тем, что якобы они пропагандируют нацистские идеи.

— Они заигрывают с этим. Но мы покажем: красная армия не хуже. А может быть, более рок-н-рольнее.

— Почему выбрали такое название для альбома?

— На альбоме будет центральная песня «Monkeys of XXI». Несмотря на то, что мир развился и сейчас XXI век, люди по-прежнему ведут себя как обезьяны. Это было в доисторические времена, то же самое происходит сейчас. И во главе всего стоит Кинг-Конг, примат. Если раньше он камнями головы сносил, то теперь дубинками его подручные сносят. Суть осталась та же, только приобрела более цивилизованную форму.

Мы из принципа хотим выпустить альбом на СD. Многие группы сейчас отказываются от этого и просто делают релиз в интернете. А мы сделаем классные СD-диски, в которых будет книжка с текстами песен и много фотографий. Нормальный, настоящий фирменный CD.

Я с детства люблю слушать музыку на CD. Пластинки я не застал, кассеты быстро ушли. А от дисков я ловлю кайф. Мне приятно рассматривать обложки, это большая часть искусства, а интернет его убивает.

Stardust Circus

«Мы просто взяли эстетику: внешний вид, военную строгость красной армии»

— Мне казалось, что глэм в конце 80-х вышел из моды.

— Он тогда был на самой большой волне. Первая волна была в 70-е, когда появился Дэвид Боуи, Элис Купер, Sweet. Потом была вторая волна, если вдаваться в энциклопедии. Мы не строго глэм-рок группа. Мы просто делаем музыку. У нас много разных вкраплений. Но большая визуальная часть, свойственная глэм-группам, у нас есть. Мелодичность, и в то же время напористый рок-н-ролл.

Я считаю, что в детстве должна закладываться музыкальная составляющая. Мой отец меломан. И у нас дома играл Клэптон, а не Пугачева. Потом я подсел на глэм, переслушал всю музыку, какая только есть в этом стиле. Человека отражает то, какую музыку он слушает. У нас не только песни про секс, вечеринки и рок-н-ролл. Мы поём про разные темы. И про отношения, и про наркотики, но с точки зрения того, что они могут стать очень большой проблемой, и про насилие на улице… В Скандинавии и Германии любят глэм, в Англии он появился, в Штатах до сих пор на Guns’n’Roses стадионы.

— У тебя даже вытатуирован глэм-музыкант на руке.

— Это собирательный образ настоящего рок-н-ролльщика. На мой взгляд, он должен выглядеть именно так. Это Никки Сикс из Mötley Crüe. Её мне делал Виктор Минко, замечательный татуировщик, художник и скульптор. Он, кстати, ответственен за арт-часть альбома. Мы приносим ему идеи, он обрабатывает их и говорит: подходит это или нет. Ну и плюс, он фанат глэм-рока.

— Альбом посвящен сталинской эпохе 30-х годов. В нашей стране радикально противоположное отношение к этому историческому персонажу.

— Мы не выступаем с оценочными характеристиками: Сталин — хорошо или Сталин — плохо. Мы просто взяли эстетику. Внешний вид, военную строгость Красной армии, тем более Сталин в виде Кинг-конга и изображён на обложке.

— А тебе нравится архитектура центрального проспекта Минска и сталинских построек?

— Да, и мы во вкладыше это отразим. Попутешествовав по миру, начинаешь ценить их ещё больше. Таких мощных улиц нет нигде. В этом сталинском ампире была заложена мощь целой огромной страны. Красная звезда — очень сильный знак.

Stardust Circus

«Если ты выбрал себе работу светотехника, будь добр, занимайся этим, а не кури бамбук»

— В глэм-роке музыкантами очень сильно подчёркивается андрогинность. Как это выглядит сейчас?

— Тогда это был протест против системы. Нужно было как-то шокировать людей. У нас такого нет. Мне кажется, у нашей группы тестостерона хватит на всю белорусскую армию. Сейчас глэм более грозный — никаких лосин, никаких начесов.

— Вы ориентируетесь на Запад, где сейчас проходят жаркие споры по поводу однополых браков. Не боитесь, что там вас затянут в один из лагерей «за» или «против»?

— «За» нас точно не привлекут. Есть классная фраза на английском: «Don’t ask — don’t tell». С вилами, конечно, мы выступать не будем, но и поддерживать тоже не собираемся. От этих противоречивых вопросов мы стараемся держаться подальше.

Понимаешь, на нас часто пытаются навесить ярлыки команд 80-х, с начёсами, с их красными помадами. Это было тогда. Тогда это было круто, тогда это было модно, тогда это было что-то новое. Сейчас время поменялось, глэм поменялся. Если взять нашу музыку, то глэм-рок там есть, но там много других направлений. Все намного шире и интересней.

— Какое шоу ты бы хотел устроить на своих концертах?

— В первую очередь, пиротехника. У нас уже все проработано.

— В стиле Rammstein?

— В стиле Stardust Circus. Обязательно фокусы с огнем, очень сильная цирковая часть. Нам нужна нормальная световая рама. И очень важен людской ресурс. Я встречал мало людей, которые любят своё дело. Не музыканты, а звукорежиссёры, светотехники. Приходишь на концерт — а всем наплевать. Я же делаю свою работу. Я не забываю аккорды во время концерта, не валяюсь по полу от избытка чувств. Если ты выбрал себе работу светотехника, будь добр, занимайся этим, а не кури бамбук. Это относится не ко всем. Очень важно собрать вокруг себя свой персонал. Это не понты. Музыкант должен заниматься музыкой, прийти на концерт и настраиваться, а не бегать провода искать и лампочки подкручивать.

— Ты говоришь, что в Беларуси нереально добиться высокого уровня теми ресурсами, которые есть на данный момент.

— На мой взгляд, да. Если взять успех некоторых команд — это собственные вложенные деньги, которые максимум окупят этот концерт. Но они не ездят с туром по Беларуси, не продают диски. И это не потому, что они плохие, просто не работает система. Система, где есть артист, СМИ, рекорд-лейбл. У нас эта система не налажена или её вообще нет. Наша цель — показать как можно большему количеству людей наше творчество, поэтому мы выбрали английский язык. Его понимают и в Монголии, и в Штатах.

— Может быть, потому что у нас достаточного количества потребителей нет?

— С одной стороны, да. У нас десять миллионов, в одной Москве десять миллионов. С другой стороны, Швеция тоже небольшая страна, а там всё это намного более развито.

— В Швеции не стоит так остро проблема эмиграции активной молодёжи.

— Это сложный вопрос. И покупательская способность у нас ниже. Мало клубов, мало групп, мало музыкальных СМИ. У нас нет классного музыкального канала для рок-музыки. У нас есть БелМузТВ, где порно крутят во всех смыслах. Хотя телевидение очень сильный канал воздействия.

Stardust Circus

«Если мы сделаем презентацию в Re:Public, диск золотым в США не станет»

— Вы выпускаете альбом, презентуете его в сентябре. Какой следующий шаг?

— Презентация будет 18 сентября. Мы не случайно выбрали Re:Public. В этом альбоме мы очень сильно поменялись. Мы начинали как гаражная глэм-команада. У нас было много материала: рок-н-ролл, улицы… И пришла пора переходить на другой уровень. Мы взяли визуальную эстетику Советского Союза, 30-40-е годы. Визуальная часть — красная армия в рок-обработке. Мы взяли всё, что наше, и попытались сделать из него что-то экспортное. Чтобы это была рок-музыка, чтобы это был глэм, чтобы это было ярко и интересно. Для нашего стиля визуальная часть очень важна. Очень долго разрабатывали костюмы, подключили огромную толпу людей. Поэтому хочется показать не на площадке какого-нибудь маленького клуба. Там это не будет смотреться. Мы планируем задействовать экраны, помимо группы, будут и другие люди участвовать. Единственная проблема, что везде запрещена пиротехника. Она была запрещена в «Реакторе», она запрещена в Re:Public, а у нас на неё большой упор. Но обойдемся без неё.

Презентация носит скорее формальный характер. В плане продвижения группы она мало на что повлияет. Если мы сделаем презентацию в Re:Public, диск золотым в США не станет. Это презентация для наших поклонников, для тех, кто захочет посмотреть на нас. А с альбомом мы начнём заниматься продвижением. У нас есть знакомые в мировой музыкальной индустрии, будем им отсылать и общаться. Мы не стремимся стать рок-звёздами в Америке, но это единственный путь, чтобы зарабатывать на жизнь тем, что нравится. Нам нравится жить в Беларуси, но с музыкой что-то нужно делать.

— Ты пожил и в Америке, и в Англии, что тебе дал этот жизненный опыт?

— Все, кто чего-то добился, прошли очень долгий и трудный путь. И если ты не будешь вкалывать, и если тебе не в кайф вкалывать, лучше этим не заниматься. Случайно никто ничего не добивается. У нас люди почему-то любят халяву. Любят, чтобы просто везло. Не может повезти. Повезет тому, кто будет работать, стучаться во все двери.

Когда я жил в Англии, заметил очень большую разницу со Штатами. Англичане настолько любят своё… Именно свою музыку. Она играет везде: в кафе, в клубах. Британская одежда, британская мода… Я был в Ливерпуле. Весь город музыкой просто дышит. Музыканты играют на улицах, бары забиты. Город меньше Минска раза в два или три, а клубов в десять раз больше.

Я был много раз в Cavern Club в Ливерпуле. Как архитектурная постройка он из себя ничего не представляет. Кирпичный вход, подвальчик. Клуб делают легендарным артисты, которые там выступают. Я ходил на молодые команды, такие же, как мы, которые только-только пробиваются. И заметил, что там до 30 с родителями никто не живёт. В 18 лет иди сам зарабатывать, планируй свой досуг. Хватает денег зарабатывать и заниматься музыкой — пожалуйста. Не хватает — сиди под мостом. Твой выбор. Опять же, нашим людям не хватает этой самостоятельности. Там принято самому прокладывать себе дорогу. И команды, которые серьёзно настроены жить музыкой, очень много ей занимаются. Им проще, потому что они находятся там. У них нет визового барьера, у них нет языкового барьера. У нас тоже нет языкового барьера, но благодаря тому, что я пять лет отучился в инязе. Наш вокалист (Dave Loretti — прим. UM) тоже, поэтому он поёт без акцента. Это очень большой плюс, на котором очень многие наши команды обламываются. Ведь все смеются, когда в России какой-нибудь «Шоколадный заяц» прыгает. Там то же самое.

— Альбом вы сводили в Сиэтле. Кто занимался сведением?

Альбом нам сводил Николай Неронский, бывший басист «Песняров». Он переехал в Сиэтл. Сведение происходило очень долго. Неронский сотрудничает со многими американцами. Есть группа Alan Parsons Project, он их записывал. Он понимал, чего мы хотим, и он любит свое дело. Общались мы с ним по скайпу и встречались, когда он приезжал в Минск. Мы очень довольны работой. У него сумасшедшая аппаратура, каждый проводок подобран. С профессионалами всегда приятно работать. Это дорого, но оно того стоит.

Скачать

Автор: Евгений Карпов / Ultra-Music

Группы: Stardust Circus

Ваш комментарий

Войти через Вконтакте Войти через Facebook

Если у вас возникли проблемы с авторизацией, сообщите нам на support@ultra-music.com