Christina Aguilera: История

Когда в конце 80-х подростки, включая самых зеленых, образовали совершенно самостоятельную группу потребителей музыкального продукта, никто и не предполагал, как сильно это скажется на музыкальной индустрии. Броский данс-поп и сентиментальные поп-баллады оказались чрезвычайно выгодным вложением капитала, которое оплачивалось сторицей. К концу 90-х, пройдя череду инкарнаций с незначительными мутациями, тин-поп превратился в кузницу тинейджерских идолов — New Kids On The Block, Take That, Spice Girls, Backstreet Boys, ’N Sync… Как правило, они угасали почти так же стремительно, как рождались, успев вытрясти кошельки миллионов фанов. В 1999 году в результате нового витка эволюции тин-поп создал новый стандарт — поп-Лолиту. Имена первопроходцев этого амплуа сегодня прекрасно известны. Бритни Спирс (Britney Spears) и Кристина Агилера (Christina Aguilera) в момент дебюта сами были еще подростками. Но преподносили себя почти так же агрессивно, как Мадонна, и исполняли музыку почти такую же вызывающую. Судя по тиражам их альбомов, клюнули на эту приманку не только наивные девочки…

Adriano Celentano: История

Adriano Celentano: История

Наш пострел везде поспел — это как раз про него. Обаятельно некрасивого, нахального и страшно симпатичного, невозможно талантливого Адриано Челентано (Adriano Celentano), певца, актера, режиссера, композитора, сценариста, шоумена и продюсера. Челентано — самородок и звезда европейского масштаба, с 45-летней блестящей карьерой за плечами и 70-миллионным тиражом альбомов во всем мире. За годы странствий от одного жанра поп-культуры к другому он опробовал, кажется, все возможные стили и амплуа: поп-музыка, рок-н-ролл и рэп, кинематограф и телевидение, литература и музыкальная композиция. Проще всего приписать его успехи везению и личной харизме, а между тем главный козырь Челентано в борьбе за творческое выживание — это умение рисковать, не принимая слишком уж всерьез своих регалий и заслуг, это постоянный поиск и эксперимент.

The Cooper Temple Clause: История

Крутая прическа еще не делает из музыканта звезду мирового масштаба. Но может существенно способствовать привлечению внимания к начинающей группе. Шестерка из английского Рединга The Cooper Temple Clause славна не только и не столько бардаком НА головах, сколько беспорядком В головах ее участников. «Мы играем музыку, которую хотели слышать от других, но — не услышали», — говорит вокалист одной из самых нестандартных гитарных групп Великобритании Бен Готри. Потому, мол, решили восполнить этот пробел собственными силами. В ход идут панк-рок, метал, психоделия, брит-поп, джаз и так далее: The Cooper Temple Clause — настоящий монстр о шести головах. Каждая тянет в свою сторону, ибо имеет свои личные представления о том, какой должна быть современная рок-музыка. Тем не менее, ссоры в группе крайне редки. «Мы знаем друг друга очень давно, — говорят музыканты. — Научились уважать чужое мнение и ценить друг друга». Возможно, именно поэтому в группе нет лидера — все участники вносят равный вклад в написание песен. Более того — каждый из музыкантов владеет сразу несколькими инструментами, и в случае необходимости может заменить своего коллегу. Так что присутствующие на их концертах зрители нередко могут наблюдать настоящий кордебалет с передачей инструментов из рук в руки и миграцией участников с одного рабочего места на другое. Что ни говори, такое впечатляет, потому The Cooper Temple Clause по праву считаются одним из лучших live-коллективов Великобритании. И — совершенно точно — самым непредсказуемым.

The Cooper Temple Clause (такое название выбрано в пику односложным Pulp, Oasis и Blur, которых Coopers, тем не менее, безмерно уважают) образовались в 1998-м году, когда все шестеро участников еще учились в школе. Костяк группы составили Том Беллами (Tom Bellamy, гитара, синтезаторы), Бен Готри (Benedict Gautrey, вокал), Дэн Фишер (Daniel Fisher, гитара) и Киран Махоун (Kieran Mahon, клавишные), чуть позже присоединились Дидз Хэммонд (David Hammond, бас, род. 19 июля 1981) и Джон Харпер (Jon Harper, ударные). Рединг, родина The Coopy Templers, как их иногда в шутку называют, является ярким пятном на музыкальной карте Великобритании — здесь ежегодно проводится известный во всем мире фестиваль. Тем не менее, несмотря на громкий рок-н-ролльный статус, в городе не имелось своей музыкальной сцены, а местные жители, из года в год подвергавшиеся нашествию неформалов всех мастей, ненавидели нестандартно выглядевших «чужаков» всей душой. Том, Бен, Джон, Дидз, Киран и Дэн выглядели именно так, потому чувствовали себя в родном городе «белыми воронами». «Жить в Рединге и носить длинные волосы — это, знаете, не очень приятно, — вспоминает Дэн Фишер. — Когда идешь по улице, лучше не высовываться». По словам музыкантов, им частенько перепадало за их внешний вид. Ничего удивительного, что уже с юношеских лет музыканты поклялись «вести войну с нормальностью». Это их девиз, который воплощается и в музыке, и в имидже (их растрепанные прически стали притцей во языцех, а не так давно Cooper Temple Clause оказались в номинации «лучшие волосы» на церемонии награждения NME).

Участники The Cooper Temple Clause еще детьми бегали посмотреть на выступления своих кумиров и мечтали, что когда-нибудь и они поднимутся на эту сцену. Мечтать не вредно, а Coopers не только мечтали, но и делали все возможное для осуществления своей мечты.

В 1999-м группа уже вовсю выступала по близлежащим клубам, удивляя публику эклектичной смесью из разных стилей и зловещими текстами, от которых кровь стыла в жилах. «Стало невозможно слушать то, что звучит по радио, — объясняет выбор стилистики группы Дэн. — Но какой резон обвинять кого-то в творческой несостоятельности? Можно ведь на собственном примере показать, кАк надо делать!».

Решив обратить на себя внимание шишек шоу-бизнеса, группа записала демо («самое дешевенькое, какое только было возможно») и разослала его по лейблам. «Мы просмотрели свои любимые диски, чтобы узнать, какие лейблы их выпустили и выслали свои демо по приведенным адресам. Вкупе с пачкой фотографий и конфетами Smarties», — говорит Дэн. Что подействовало сильнее — фотографии, конфеты или сама запись — неизвестно, однако вскоре ребятам пришел ответ от главы RCA Records. «Он сказал нам: У вас большой потенциал, но, парни, давайте вы еще годик поиграете, научитесь обращаться с инструментами и наберетесь опыта. Мы подготовились, как следует, и через годик были в полной боевой готовности».

Через два года с момента образования, в 2000-м, группа подписала контракт с RCA Records. К тому моменту на Coopers обратили внимание и другие лейблы, но музыканты предпочли своих старых знакомцев, предоставивших им свободу в творческом выражении. The Cooper Temple Clause до сих пор не жалеют о сделанном выборе: они исполняют музыку, которая нравится им, оформляют свои альбомы и промокампании так, как нравится им и, в конце концов, выглядят так, как нравится им.

В конце 2001-го группа выпустила свой первый релиз — EP Hardware/Warfare, вызвавший ряд восторженных отзывов в локальной прессе. Сингл был выпущен тиражом в 1000 экземпляров и каждый диск был снабжен каким-то бонусом, например, экслюзивной поляроидной фотографией с изображением участника коллектива. После выпуска сингла группа незамедлительно выехала в тур (на разогреве у Muse и Embrace). «Мы сразу же заявили своему лейблу о том, что хотели бы выступать так часто, насколько это возможно. Хотели, чтобы о нас узнали везде, где только можно», — говорят музыканты.

После возвращения из тура группа выпустила еще пару синглов: «Lets Kill The Music» (релиз 17 сентября 2001-го года, 41-е место в сингловом чарте) и «Filmmaker/Been Training Dogs» (28 января 2002-го, 20-я позиция в чартах). Работа над полноформатным дебютным альбомом началась в середине 2001-го. Продюсированием диска занимался Пол Коркетт (Paul Corkett), сотрудничавший ранее с Placebo и Ником Кейвом. Запись происходила на окраине Рединга, в арендованной музыкантами студии, находившейся в непосредственной близости от фермы, на которой разводили свиней.

Дебютный «See This Through And Leave», названный по строке из песни «Murder Song», вышел 11 февраля 2002-го года. И вызвал настоящий фурор у критиков, заставив подбирать незаезженные эпитеты и сравнения в попытках описать необычный саунд новой группы. И до Cooper Temple Clause находились музыканты, скрещивающие рок-музыку и электронику, однако наши герои вышли на новый качественный уровень объединения двух жанров, сделав своей фишкой сочетание интенсивного гитарного саунда и нойзовых эффектов. Еще одной установкой группы стала идея непредсказуемости — в альбом вошли очень разные песни, вызывающие ассоциации то с Radiohead, то с Primal Scream, то с Massive Attack, а то и с Led Zeppelin.

Ни одна последующая композиция не походила на предыдущую: звенящая электронными эффектами «Did You Miss Me» сменялась гитарным шквалом «Filmmaker», за ней следовала взрывная «Panzer Attack», обманчиво неспешная с трип-хоповым привкусом «Who Need Enemies», танцевальная «Lets Kill The Music», экспериментальная «555», в которой музыканты засэмплировали кусочек эфирной записи Radio1, выматывающая минорными нотами «Lake» и, наконец, вкрадчивая «Murder Song». Эффект холодного душа был гарантирован.

После выхода альбома The Cooper Temple Clause сразу же окрестили самой новаторской группой со времен Radiohead. «Каждый приступ пьяной паранойи, каждое ядовитое рукопожатие боссов шоу-бизнеса, каждый „бип“ кардиомонитора и экстатический рев толпы каждого из проведенных CTC концертов наполнили собой эту запись, такую же дикую, яркую и эклектичную, как „Guerilla“ Super Furry Animals или подзабытый шедевр Mansun „Six“, но не в пример им, гораздо более последовательную. Это запись, которая смеется в лицо всем жанровым ярлыкам. Запись, которую, как думают Radiohead, они могли бы сделать», — написал журналист NME. «Представьте себе Massive Attack, прерываемых Interpol на пиратской частоте», — можно было прочитать в другом музыкальном издании. «Kraftwerk встречается с Nirvana!», — кричал заголовок третьего. «Lets Kill The Music» — устрашающий, неистовый электрический разряд", — восхищалась «Guardian». «Дебют CTC — сродни терапии криком: приносит очищение», — писал Q. И все как один журналисты считали, что The Coopers Temple Clause «похожи сразу на всех и не похожи ни на кого».

«Возможно, у нас действительно нет своего саунда, как такового, — соглашается Дэн. — Мы звучим, как многие разные группы в разное время. Мы все еще находимся в поиске. Единственное, в чем мы сходимся — это Radiohead и Pink Floyd, во всем остальном наши вкусы очень разнятся. И нам хотелось сделать запись „пропорциональной“ тому, что мы слушаем». Кстати, забегая вперед, стоит заметить, что именно поэтому группа никогда не исполняла и не записывала кавер-версий. «Просто мы никогда не можем сойтись во мнениях о том, что играть! Недавно, правда, были очень близки к тому, чтобы исполнить кавер „Suffragette City“ Дэвида Боуи, но все равно — не получилось…», — вздыхают музыканты.

«Нас уже успели сравнить с каждой группой, которая когда-либо существовала, — считает вокалист Бен Готри. — Большинство из них — действительно хорошие группы, поэтому такие сравнения очень лестны. Да, есть у нас такая фишка — не копировать саунд других команд, потому что мы уважаем наших слушателей и не хотим быть предсказуемыми. Именно поэтому каждая последующая наша песня не похожа на предыдущую. Не знаю… мне кажется, мы все еще пытаемся найти свое собственное звучание, и оно выкристаллизовывается с ходом времени… И мы становимся „своей собственной“ группой».

Музыканты не скрывают своих предпочтений: Radiohead, Oasis, Primal Scream, Mogwai, Aphex Twin, Led Zeppelin, Tortoise, Beatles, Pink Floyd и признают влияния этих коллективов на свое творчество. Им не нравится, когда их причисляют к волне rock-revival — они считают, что идут собственной дорогой. В этом есть доля истины: The Cooper Temple Clause не спутаешь ни с кем другим. Их мощный и насыщенный саунд вкупе с мрачными и временами весьма загадочными текстами не оставляют места для сомнений — перед вами The Cooper Temple Clause и никто другой.

Тексты, кстати, являются одним из крауегольных камней фундамента The Cooper Temple Clause. Сочетание агрессивного звукоряда с интроспективными текстами, рисующими зловещие картинки в стиле «хоррор» — фирменный прием The Coopers. Авторство этих страшилок принадлежит перу гитариста Дэна Фишера. «В процессе написания песен участвуют все участники группы, — уточняет басист Дидз. — Но Фишер — единственный, тексты которого нравятся всем без оговорок». «Просто я раньше всех укладываю эти тексты в рифмы! — смеется Дэн. — А слова начинают рождаться у меня в голове сразу же, как только я слышу музыку». Но чем лелеять такие страшные фантазии, не проще ли петь, скажем, о любви? «Мы чувствуем ярость, ревность, вину, боль, печаль, тоску, страсть и еще много-много вещей, о которых нам интересно поговорить, — утверждает тот же Дэн. — Знаете, любовь приходит и уходит, и нам очень быстро надоело бы исполнять песни о любви изо дня в день. Но мы поем совсем о другом. Мы уже столкнулись с реалиями шоу-бизнеса и поэтому исполнять такие вещи как „Lets Kill The Music“ („Мы не верим ни одному твоему слову“ — „We dare you to mean a single word you say“) — поверьте, не надоедает».

«See This Through And Leave» появился в британских чартах под 27-м номером, а слушатели проголосовали за новую группу кошельком, раскупив альбом тиражом, достаточным для того чтобы принести ему «серебряный» статус (100 тысяч экземпляров).

После выхода диска группа опять отправилась в турне, где провела около года. В ходе этого тура The Cooper Temple Clause дали более сотни концертов, в том числе на крупных фестивалях в родной Великобритании (Гластонбери, Рединг и Лидс), Европе и даже в Японии. Свое первое посещение Японии в 2002-м музыканты забудут не скоро. «Первый раз, когда мы прилетели в Японию — это было нечто! — в аэропорту нас встречала визжащая толпа японских фэнов — прямо как бойз-бэнд какой-то, ей-богу!», — вспоминает Джон Харпер.

«Постоянные выступления перед публикой в конце концов заставляют слушателей покупать записи, — говорит Киран Махоун. — Мы всегда хотели иметь сильную фанатскую базу, которая поддерживала бы нас в не зависимости от того, что думают о нас критики. Если ваши фэны преданы музыке так же, как вы, вы просто не можете проиграть. Но для этого нужно тяжело работать, вот поэтому мы и проводим все свое время в турах, выступая везде, где только можно».

Вернувшись с изнурительных гастролей («в конце концов мы дико устали, потеряли своих девушек и начали просто-таки ненавидеть друг друга»), музыканты засели за сочинение материала к новому альбому. «Честно говоря, было немного страшновато приступать к его записи, — вспоминает Джон Харпер. — В туре у нас не было времени заниматься новыми песнями — были какие-то наметки, но для альбома не было готово практически ничего». По словам барабанщика, материал для дебютного альбома готовился около трех лет («Filmmaker», например, Дэн написал, когда ему было 17"), для оформления же второго отводилось гораздо меньше времени. «Сочинять песни для нас — довольно сложный процесс, — пытается пояснить Дэн. — Нас шестеро и все очень разные. Обычно происходит так: в одной комнате Том и Киран колдуют над электронной подложкой, а мы в другой делаем настоящий рок-н-ролл». «Когда же мы были в турне, у нас не было возможности писать песни — просто потому, что не было возможности работать вместе», — продолжает мысль Дидз. «Но когда мы вернулись в студию, начали джемовать, и из джема родилась первая песня — „The Same Mistakes“ — мы поняли, что с нами все в порядке и все у нас получится», — завершает Бен.

Последователь «See This Through And Leave» музыканты начали записывать в конце 2002-го года, намереваясь выпустить его в мае 2003-го. Однако в самый разгар работы Дидз оказался на больничной койке: ему вырезали аппендицит. Операция прошла неудачно и рана воспалилась. «Врачи сказали моей матери, что я умру, — смеется неунывающий басист. — А я подумал: какого черта? Не собирался и не буду!». Работа над альбомом прервалась до полного выздоровления Дидза. «В целом, все что ни случается — все к лучшему, — считают музыканты. — Вряд ли весной, перед началом войны в Ираке нам позволили бы выпустить сингл с таким названием как „Blind Pilots“!».

Второй альбом The Cooper Temple Clause первоначально изъявил желание продюсировать знаменитый Рик Рубин. Однако, серьезно поразмыслив, ребята поняли, что лучше записываться своими силами, чтобы не испытывать никакого давления. Музыканты опасались, что легендарный продюсер придаст их музыке «неправильное» направление и решили остаться «своим личным проектом».

«У нас нет реального лидера, — говорит басист Дидз Хэммонд. — Но мозгом группы можно считать Тома — если учесть, что именно он придумал подключать синтезатор через гитарные примочки. В процесс написания вовлечены все. И мы подумали, что справимся и своими силами». Продолжая свою мысль о мозге и других частях организма CTC, Дидз называет «сердцем» группы Дэна — как основного поставщика текстов, а «лицом» коллектива — Бена, как основного вокалиста. Что касается самого Дидза, то этого скромнягу можно назвать душой группы — все с таким восторгом описываемые в статьях о группе приколы и примочки исходят именно от него, он же является «главным по связям с общественностью» — встречается с журналистами и кормит их различными небылицами.

Выпущенный 1 сентября пилотный сингл — жесткий и экспрессивный «Promises Promises», дебютировал в хит-параде под 19-м номером. Еще через неделю в продаже появился и «Kick Up The Fire, And Let The Flames Break Loose» (на такое необыкновенно длинное название для диска музыкантов вдохновило стихотворение поэта Филиппа Ларкина).

Пятая позиция в чартах, на которой стартовал второй альбом, уже не вызвал недоумения в рядах The Cooper Temple Clause: к тому моменту они поняли, что чего-то стоят. Немало способствовала этому и полученная летом 2002-го награда журнала Kerrang! — имеющие очень опосредованное отношение к металической музыке The Cooper Temple Clause были названы «лучшей новой группой Великобритании».

Звучание нового альбома качественно отличалось от того, что было зафиксировано на дебютнике: Coopers всерьез озаботились разработкой своего уникального звучания. Одна из наиболее характерных композиций на альбоме — «Written Apology» — гордость The Cooper Temple Clause. Наконец-то им удалось записать песню, которая бы лучшим образом характеризовала творчество музыкантов. Начинающаяся с джазовых импровизаций, обваливающихся в гитарный нойз, продолжающийся настоящим техно-джемом, «Written Apology» оказались «ближе всего к тому, чем на самом деле является The Cooper Temple Clause».

Незадолго перед выходом второго альбома The Cooper Temple Clause получили награду «Silver Disk» («Серебряный Диск») от компьютерной компании Apple. Coopers стали первыми обладателями награды — за свой концертный мини-альбом «The Apple Bootlegs», который был скачан с официального сайта The Cooper Temple Clause более 60 000 раз. Запись альбома была произведена в ходе концерта группы 13 мая 2003-го в Глазго. Сам альбом был доступен для скачивания уже с 16 мая.

На совести The Cooper Temple Clause и еще одно — более практическое достижение: они ввели в моду новую прическу «под Coopers». Узнать, что это такое можно, взглянув на Бена или Дидза Хэммонда. «Все очень просто, — объясняет Дидз. — Даже не надо идти к парикмахеру. Длительное время не моете голову и носите шапочку-пидорку. Потом снимаете ее, зачесываете волосы вперед и на виски, немного пива и — на голове у нас полный порядок!». «А для пущего эффекта можно использовать какой-нибудь радикальный краситель, желательно промышленного применения», — это уже рекомендация от Бена. Хотите последовать этому примеру — на здоровье. Но не забывайте: не прическа красит человека, а человек — прическу. Это уже от себя.

Напоследок — рецепт фирменного коктейля, который может служить «вкусовым» эквивалентом The Cooper Temple Clause: водка, настойка Jaegermeister, Red Bull, шоколад, «Бехеровка» и шербет (пропорции — по вкусу). Если вы так и не поняли, что представляет собой эта шестерка молодых нигилистов — смешайте себе эту адскую смесь. Но будьте осторожны в дозировках — выживают не все…

Chumbawamba: История

«Многие группы ужасно боятся задеть чьи-то чувства, а нас это абсолютно не волнует. Для нас самое страшное — выпустить альбом, который никого не зацепит за живое», — эту цитату из интервью 2000 года можно считать девизом, под которым уже двадцать лет действует густо населенный коллектив британских поп-анархистов Chumbawamba. Начиная от названия и количественного состава и заканчивая отношением к деньгам и особенностями биографии, Chumbawamba — явление редкое, если не сказать уникальное. В доказательство — еще одно программное заявление команды: «Наш анархизм существует на двух уровнях. Во-первых, как группа из восьми человек мы смогли продержаться вместе столько лет только потому, что живем как анархисты. Наше правило — делить все. Это не демократия. Мы не принимаем решения голосованием, мы просто все обсуждаем и ищем компромисс, который устраивал бы всех. С другой стороны, анархизм в широком смысле — это возможность работать, не подчиняясь одному лидеру. Просто каждый делает свое дело, а не дает указания другим. Это не хаос и не разруха. Хотя разрушение тоже необходимо, чтобы расчищать место для чего-то нового».

В 1984 году в Лидсе, Англия, судьба свела шестерых юношей и двух девушек, разделявших довольно эксцентричные даже для панковской эпохи взгляды. Роль социальных маргиналов их ничуть не смущала, даже наоборот, сплотила и переплавила в невероятно устойчивый музыкально-анархистский союз. Вот имена героев: Данстен Брюс (Dunstan Bruce; экс-фронтмен группы Men in a Suitcase) — вокал; Лу Уоттс (Lou Watts) — клавиши, вокал; Мэвис Диллон (Mavis Dillon) — труба; Гарри Хамер (Harry Hamer) — барабаны; Элис Наттер (Alice Nutter) — вокал; Нил Фергусон (Neil Ferguson) — бас-гитара; Данберт Нобакон (Danbert Nobacon) — вокал; Бофф (Boff) — гитара.

Даже не ставя перед собой каких-то далеко идущих целей, уже через несколько месяцев Chumbawamba не давали спокойно спать британским консерваторам, чьи интересы представляла в парламенте тогдашний премьер-министр Маргарет Тэтчер. Музыканты активно взялись за проведение благотворительных концертов и политизированных акций, направленных против правительства Тэтчер. Они не стеснялись высказывать свои убеждения, регулярно участвовали в маршах протеста. Чем гарантировали себе как минимум внимание полиции, радовавшей их обысками, специальными рейдами и арестами. В чем их только не обвиняли! Вплоть до хранения оружия и доставки мешка с экскрементами в один из банков.

До таких экстремистских акций Chumbawamba не доходили, но образ жизни вели довольно специфический. Участники группы арендовали дом в самом сердце индустриального Лидса и основали там свою коммуну. Полуголодные артисты с трудом сводили концы с концами, рассчитывая на поддержку и скромную материальную помощь только таких же преданных чудаков. Благодаря им они смогли создать собственный лейбл с Agit-Prop, на котором и опубликовали дебютный сингл «Revolution». Партию лид-вокала для заглавного трека записал знаменитый диджей Radio 1 BBC Джон Пил (John Peel). Политически окрашенная песня вскоре возглавила рейтинг независимых синглов Великобритании.

Материал для первого альбома вызревал медленно. Но процесс резко ускорился, когда нашлась главная тема записи, подсказанная пафосным шоу 1986 года Live Aid, в котором участвовали мировые суперзвезды. Дебютная пластинка, известная как «Pictures of Starving Children Sell Records», называлась еще длиннее: «Pictures of Starving Children Sell Records: Starvation, Charity and Rock ’N’ Roll — Lies and Traditions» — «Фотографии голодающий детей продают записи: голод, благотворительность и рок-н-ролл — ложь и традиции». Дерзости группе было не занимать. Перепрыгивая от панка к фольку и джазу, Chumbawamba резко высказывались против апартеида и культурного империализма, атаковали сами принципы масс-медиа, поднимающих такую шумиху вокруг благотворительной акции, превращая ее в рекламную площадку. В треке «How to Get Your Band on Television» они иронизировали над Фредди Меркьюри (Freddie Mercury), Полом Маккартни (Paul McCartney) и Клиффом Ричардом (Cliff Richard), уличая их в лицемерии и показной озабоченности судьбой голодающих детей.

Второй альбом «Never Mind the Ballots», вдохновленный сомнительными, с их точки зрения, выборами в Великобритании, вышел в 1987 году. Основная идея, которую проводили музыканты в этой концептуальной работе: выбор меньшего из двух зол трудно в принципе назвать выбором. Пластинка «English Rebel Songs 1381–1914», изданная в 1988 году, подхватила разговор на политические темы. На этот раз команда собрала под одной обложкой фольклорные песни английских бунтарей, в основном датируемых еще 14 веком, и записала их а капелла. В панковских кругах, где Chumbawamba уже нашли своих слушателей, к альбому отнеслись неоднозначно. Еще больший раскол в ряды фанов привнес диск 1990 года «Slap!», с сильным танцевальным уклоном, который музыканты от души нафаршировали сэмплами. Они и раньше без тени смущения заимствовали фрагменты чужих песен, а теперь не постеснялись выпустить подборку треков, припевы которых целиком были одолжены у коллег.

Разыгравшимся аппетитам Chumbawamba помешал комитет по защите авторских прав. Цензура наложила запрет на издание альбома «Jesus H. Christ», подготовленного в 1991 году, поскольку ни АВВА, ни Пол Маккартни, ни Кайли Миноуг (Kylie Minogue), намеченные группой в качестве очередных жертв своего темперамента, не давали согласия на кавер-версии.

Чтобы не ходить далеко за сюжетами, темой следующего лонг-плея «Shhh» (1992 год) выбрали английскую цензуру. А вот сингл 1993 года «Enough Is Enough», самый раскрученный хит группы в независимых чартах, представлял собой антифашистскую декламацию. Он привлек достаточно широкое внимание в андеграундных кругах к новому альбому «Anarchy». Анархия без скандала не анархия, но за участниками Chumbawamba дело не стало. Для обложки диска они выбрали фотографию еще не родившегося младенца, который вот-вот готовится выйти из материнской матки. Многие музыкальные магазины отказались продавать «Anarchy», чтобы избежать обвинений в распространении порнографии. На альбоме был представлен великолепный трек «Homophobia», один из наиболее мощных синглов команды, протест против всех форм сексуального расизма.

В 1995 году штатное расписание Chumbawamba претерпело первое и последнее на сегодняшний день изменение: ушедшего трубача Мэвиса Диллона заменила Джуд Эбботт (Jude Abbott). Концертная программа в поддержку «Anarchy» нашла отражение на живом альбоме «Showbusiness!» (1995).

Концептуальное творчество продолжилось в 1996 году, когда музыканты приступили к записи лонг-плея «Swingin’ With Raymond». Центральной сюжетной линией альбома стала судьба человека с татуировками на костяшках пальцев: на одной руке «love», на другой — «hate». «Наши альбомы — это не просто подборка песен. Это всегда определенная концепция, объединяющая целый ряд идей и проблем, — комментируют музыканты свой творческий метод. — Альбом отражает наши взгляды на какой-то спектр проблем, и мы знаем, что в артистическом мире немало людей, которые чувствуют то же самое. И если вы думаете так же, не переживайте. Вы не одиноки!»

К этому времени участники Chumbawamba давно уже были недовольны своим лейблом One Little Indian, а саунд последнего альбома их просто разочаровал. С лейблом пришлось расстаться. Пока шли поиски новой рекординговой компании, группа на свой страх и риск подготовила подборку новых песен. Полагаясь на судьбу, Chumbawamba разослали демо-кассеты крупнейшим лейблам. Результат превзошел все ожидания. Привыкнув к игнорированию со стороны английской музиндустрии, они были ошарашены предложениями от ведущих мировых издателей, в том числе от мэйджора EMI, с которым и подписали контракт. В качестве пробного камня на американский рынок выпустили великолепный сингл «Tubthumping», который взобрался на шестую строку поп-чарта США, возглавил американский рейтинг рок-треков, а в Канаде поднялся на 13 строку. Уникальность композиции, сыгравшей такую важную роль в карьере Chumbawamba, заключалась в заразительной смеси танцевальных ритмов, эффектных поп-приемов и футбольных гимнов. Убежденных анархистов после 12 лет почти безвестного существования ожидал нешуточный успех. Изданный следом лонг-плей «Tubthumper» отметился в первой тройке хитов США, Канады и Великобритании и разошелся в мире пятимиллионным тиражом. По эффектности ни один трек на альбоме не мог сравниться с «Tubthumping», но и остальные вещи, в которых скрещивались данс- и поп-стили, заслуживали всяческого внимания. Тем более что темпераментный политический радикализм Chumbawamba оставался по-прежнему в силе.

Эксцентричной командой заинтересовались не только миллионы меломанов, но и пресса и телевидение, а это, как выяснилось, была отличная трибуна для проповеди анархистских идей. Особенно отличилась вокалистка Элис Наттер, вызвавшая настоящую бурю, когда во время ток-шоу «Politically Incorrect» выступила в защиту магазинных воров, орудующих в торговой сети лейблов-мэйджеров. Последствия этой скандальной дискуссии расхлебывали сами музыканты: многие диллеры предпочли убрать с полок магазинов альбомы Chumbawamba. Дабы удержать от соблазна их горячих поклонников.

Впрочем, рыночная судьба записей Chumbawamba, как и прочие внешние атрибуты успеха, волновали команду постольку поскольку. Многим журналистам не терпелось узнать, как участники группы будут делить деньги, как распорядятся своими гонорарами, не сменят ли арендованное под коммуну жилье на собственные дома и так далее. «Мы будем жить так же, как жили всегда. И деньги разделим поровну, если они вообще будут, — спокойно отвечали музыканты. — Потому что до сих пор никаких особых денег мы так и не увидели».

В 2000 году вышел новый лонг-плей Chumbawamba с философским названием «What You See Is What You Get», или «WYSIWYG». Руководство EMI Records, видимо, не до конца учитывало, что такое настоящие анархисты. Верные своим принципам, музыканты взялись разоблачать жестокие игры большого бизнеса и средств массовой информации. Встревоженные той реакцией, которую вызвал у политкорректной американской общественности этот сгусток социальных обличений, боссы EMI расторгли контракт с группой.

Пока британцы искали выход из ситуации, режиссер Алекс Кокс (Alex Cox) предложил им написать несколько вещей для саундтрека к своей картине «Revenger’s Tragedy». А вскоре они подключились к подготовке документального фильма о себе «Well Done, Now Sod Off», который вышел на экраны в 2001 году.

Chumbawamba снова предстали перед широкой публикой в 2002 году, отыграли для разогрева несколько шоу и вскоре издали альбом нового материала «Readymades». В 2003 году два их ранних диска, «Shhh» и «Slap!», были объединены на одном альбоме под названием «Shhhlap!». А летом 2004 года появился новый лонг-плей «UN», как всегда идеологически раздраженный и раздражающий, при внешне очень мирных интонациях. Фолькотроника — так назвали журналисты комфортную смесь этнических ритмов и электроники, разбавленную сэмплами и окончательно оторвавшуюся от панковских корней.

Да и зачем держаться за корни, когда есть гораздо более живучие ценности: «Мы счастливы, что нашли друг друга и играем восьмером уже двадцать лет. Успех — это замечательно, сделать альбом, который станет золотым, — это прекрасно, но это никак не влияет на наш подход к работе. Даже если бы мы не продали ни одной записи, мы были бы счастливы просто от того, что нам повезло вместе играть». Chumbawamba форева!

Morrissey: История

Для кого-то все дороги вели в Рим, для лид-вокалиста Smiths, а затем птицы свободного полета Стивена Патрика Моррисси (Stephen Patrick Morrissey) все пути вели к славе. Все, кроме самых скромных и корректных, то есть самых длинных. Влюбленный в поэзию романтика Оскара Уайльда, озабоченный сверх всякой меры собственной персоной, он выходил на сцену со слуховым аппаратом, а в задний карман брюк вставлял гладиолусы. Его сладкоголосое пение, театрализованные выходки, глубокие и нередко весьма циничные тексты, его женственность и такой трогательный вид — все это находило самый страстный отклик у молодых людей, таких же разочарованных окружающим, потерянных в современной жизни. Не говоря уже о хитовом потенциале его музыки как в рядах The Smiths, так и в одиночном плавании. В свое время The Smiths были одним из самых ярких явлений на независимой сцене Великобритании, давшим мощный толчок развитию отечественного гитарного рока. И хотя критики упорно не хотели замечать в самостоятельном творчестве Моррисси той же убедительности и эффектности, которых он добивался в тандеме с Джонни Марром (Johnny Marr), певец умел поражать воображение слушателей и буквально гипнотизировать поклонников, доводя их до состояния абсолютной, нерассуждающей преданности.

Pink Floyd: История

Говорят, все дороги ведут в Рим, но на этот раз, по какой дороге мы бы ни пошли, все равно окажемся в Кембридже. Именно сюда приведут нас поиски первоисточника одной из самых влиятельных и прославленных групп всех времен — Pink Floyd. Колыбелью будущих суперстарз стала кембриджская средняя школа, где — по традиции многих рок-биографий — учились три товарища. Звали их Сид Барретт (Syd Barrett; настоящее имя Roger Keith Barrett, родился 6 января 1946 года), Роджер Уотерс (Roger Waters; род. 9 сентября 1944) и Дэвид Гилмор (David Gilmour; род. 6 марта 1944). Окончив школу, Барретт и Гилмор проветрились в коротком путешествии по Европе, после чего Барретт поступил в школу искусств Camberwell School Of Art в Лондоне. Тем временем Уотерс уже был студентом Regent Street Polytechnic, где изучал архитектуру. Он-то и собрал вместе с Барреттом свою первую группу Sigma 6, которая специализировалась на R&B. Коллегами по ритм-н-блюзу стали его товарищи по школьной скамье Ник Мейсон (Nick Mason; барабаны; родился 27 января 1945) и Рик Райт (Rick Wright; клавиши; 28 июля 1945). Группа неоднократно меняла состав, жанры и названия (The T-Set, The Meggadeaths, The Architectural Abdabs, The Screaming Abdabs и просто The Abdabs), пока в самом конце 1965 года не превратилась в The Pink Floyd Sound. Как и мушкетеров, их было четверо: Сид Барретт, гитара; Роджер Уотерс, лид-гитара; Ник Мейсон, ударные и Рик Райт, клавиши. Название предложил Сид Барретт, подпавший под очарование американских блюзменов Пинка Андерсона (Pink Anderson) и Флойда Каунсила (Floyd Council). Легенда гласит, что без вмешательства свыше тут не обошлось — название было подсказано ему во сне.

Оборотистые парни уже через считанные недели проторили дорожку в Thompson Private Recording Company. Здесь они и записали две первые песни — «Lucy Leave», оригинальную смесь поп и R&B, и собственную версию «I’m A King Bee» Slim Harpo. Композиции звучат еще достаточно примитивно, но уже впечатляют завидной целеустремленностью.

Отбросив присутствующее вначале в названии группы слово Sound, Pink Floyd вливаются в ряды контркультурного образования, сосредоточенного вокруг London Free School. Эта независимая организация стала родоначальником первого альтернативного издания Европы «International Times». Первый номер газеты был представлен заинтересованной общественности 15 октября 1966 года, именно в этот день состоялся большой дебют Pink Floyd.

Музыканты начинают регулярно появляться в новообразованном клубе UFO Club на Tottenham Court Road, расцвечивая британскую психоделию импровизированными сетами и зрелищными световыми шоу. Кстати, поначалу «пинкфлойдовцы» просто сопровождали свои выступления проекцией слайдов, но со временем возникла идея сделать световые эффекты неотъемлемой (и весьма впечатляющей) частью шоу. Постепенно они отходят от каверов R&B и все активнее играют собственный материал, почти исключительно написанный Сидом Барреттом. Следующим логичным шагом стали демо-записи, спродюсированные Бойдом, сооснователем UFO Club. Однако одним из условий их контракта с EMI Records (на немалую по тем временам сумму 5.000 фунтов) стал отказ от услуг Бойда, что и пришлось выполнить.

В синглах Pink Floyd акцент делался на причудливые мелодии и тексты Барретта, а скандальности им с самого начала было не занимать. Уже первый сингл «Arnold Layne» (история трансвестита-клептомана, который тайком ворует с веревок развешенную женскую одежду) не прошел цензуру BBC, что не помешало ему, а наверное в чем-то и помогло, ворваться в британский Top 25 в марте 1967 года. А через три месяца песня «See Emily Play» поднялась до 5 строки рейтинга синглов и продержалась в чартах 7 недель. Летом 1967 выходит и первый альбом Pink Floyd «The Piper At The Gates Of Dawn», квинтэссенцией которого стал трек «Summer of Love». Написанный в основном Сидом Барреттом, альбом искусно сочетает детские фантазии со смелыми экспериментами, в результате которых эксцентричные поп-песни соседствуют с треками, перегруженными риффами, среди которых особенно выделяется «Interstellar Overdrive». Альбом не покидал британских чартов целых два месяца.

Успех в чартах — гарантия концертной востребованности. Группа отправляется в американский тур, в рамках которого дает и памятный концерт с Jimi Hendrix Experience. Вся эта невероятно активная деятельность стала тяжелым испытанием для неустойчивой психики Барретта. Пристрастие к галлюциногенным наркотикам, помноженное на прессинг внешних впечатлений, разрушало его как музыканта и как личность. Были случаи, когда он выходил на сцену в близком к коматозному состоянии, а во время интервью не мог связать двух слов.

В феврале 1968 года, опасаясь за судьбу своего друга и будущее группы, участники Pink Floyd пригласили в команду своего давнего друга Дэйва Гилмора — чтобы максимально разгрузить Барретта. Репутацию прекрасного гитариста и вокалиста Гилмор завоевал, играя в группе The Jokers Wild, с которой много поездил по Европе. Чтобы выйти из создавшейся головоломной ситуации, решено было оставить на попечение Барретта творческий процесс, а концертировать без него. Такая рекогносцировка мало помогла, потому что в апреле 1968 Сид Барретт решил уйти из Pink Floyd.

Сольная карьера Барретта была впечатляющей, как и все, что он делал, но очень короткой. Самостоятельно он выпустил два альбома, не без помощи бывших товарищей по группе. И по сей день он остается культовой фигурой, но перекрыть славу Pink Floyd ему, конечно, не удалось.

Лишившись главного сочинителя, «переоборудованные» Pink Floyd выпустили свой второй, довольно успешный альбом «Saucerful Of Secrets», куда вошла душераздирающая песня «Jugband Blues», доставшаяся в наследство от Барретта. Еще две композиции, заглавный трек и песня «Set The Controls For The Heart Of The Sun», вскоре стали обязательным блюдом их концертных программ. Лидером группы становится Роджер Уотерс, автор лучших вещей на альбоме. В поддержку релиза вышли два сингла — «It Would Be So Nice» и «Point Me At The Sky». Отличные сами по себе, они были приняты публикой очень вяло, и музыканты дали зарок больше никогда не выпускать синглов. Слово удавалось сдерживать в течение 11 лет.

В начале 1969 года группа записывает саундтрек к фильму Барбе Шредера (Barbet Schroeder) «More», который стал для Уотерса прекрасной возможностью размять свои композиторские мышцы. А полуконцертный, полустудийный альбом «Ummagumma», который по сегодняшним стандартам звучит устарело и самодовольно, на момент релиза — в конце 1969-го — смело мог именоваться авангардом прогрессивного рока. Кинематографические экскурсы Pink Floyd предпринимали еще неоднократно. В декабре 69-го они записали несколько треков для фильма Микеланджело Антониони «Zabriskie Point». «Это был сущий ад», — отзывался Уотерс о работе с Антониони.

К 1970 году выступления Pink Floyd, неизменно мощные и зрелищные, вызывают настоящий ажиотаж. В июле, к примеру, их бесплатный концерт в лондонском Hide Park собрал более 100 тысяч человек.

Смелый экспериментальный альбом «Atom Heart Mother» (октябрь 1970) был обязан своим появлением в равной мере музыкантам группы и авангардному композитору Рону Гизину (Ron Geesin). Релиз получил хорошую прессу и отклик у слушателей, возглавив даже рейтинг альбомов в Великобритании. Но сегодня вряд ли кому-то придет в голову считать его выдающимся достижением.

Масштабное мировое турне в поддержку «Atom Heart Mother» охватывало Дальний Восток, Японию, Австралию, США. В промежутках между концертами бы записан шестой альбом «Meddle» (ноябрь 1971). Хотя релиз включал ныне уже классические номера, знаменитый «One Of These Days» и эпический «Echoes», в целом он бил мимо цели. Вообще в начале 70-х большинство групп как в Великобритании, так и в Соединенных Штатах переживало не лучшие времена. И следующий альбом — «Obscured By Clouds» (1972) — также был принят без особого энтузиазма. В сентябре 72-го года на Эдинбургском фестивале состоялась премьера фильма о Pink Floyd, в основу которого было положено эпохальное шоу в кратере вулкана в Помпее. А большую часть года (почти восемь месяцев) музыканты посвятили записи восьмого альбома «Dark Side Of The Moon», который вышел в марте 1973 года.

К этому взрыву, осветившему в полной мере растравляющий талант Pink Floyd, группа шла шесть лет. Обладая массой очевидных достоинств, альбом стал знаковым событием еще по двум причинам: во-первых, он раскрыл недюжинный поэтический талант Роджера Уотерса, а во-вторых, представил Дэвида Гилмора как нового героя гитары. Блестяще спродюсированный самими музыкантами, насыщенный экстравагантными стереоэффектами, «Dark Side Of The Moon» быстро стал (и остается) одним из рекордсменов продаж. Его сегодняшний тираж уже приближается к 30 миллионам экземпляров. Альбом сначала возглавил, а потом стал и долгожителем Billboard Top 100 (741 неделя в чарте!); в британском рейтинге он продержался более двух лет. Познакомив с новой работой заокеанских поклонников, Pink Floyd возвращаются в Лондон и дают феерическое шоу перед 18.000 зрителей. Используется вся артиллерия спецэффектов: разбитый самолет, сухой лед, фейерверки, надувной человек с горящими глазами, гонг, взрывающийся огнями.

Роджер Уотерс, Дэвид Гилмор, Ник Мейсон и Рик Райт окончательно вышли из тени Барретта. Тем проще и приятнее было музыкантам отдать дань памяти своему бывшему коллеге. Трек «Shine On You Crazy Diamond», посвященный Сиду Барретту, стал одной из сильнейших композиций на альбоме «Wish You Were Here» (сентябрь 1975). Барретт специально приезжал на сессии в студию Abbey Road, готовился к записи, но — не смог.

Запись «Wish You Were Here», начавшаяся после длительной передышки и многомесячных гастролей, длилась около полугода. Музыкантам, придавленным безумным успехом «Dark Side…», было психологически сложно работать. По уровню продаж «Wish You Were Here», конечно, трудно было тягаться с предшественником, но многие поклонники считают его творческим зенитом Pink Floyd.

Десятый диск «Animals» (1977) был полон язвительной критики в адрес Мэри Уайтхаус, одного из инициаторов кампании «за чистоту телевидения». Обложка, на которой надувная свинья парила над электростанцией Баттерси (Battersea), с тех пор стала уже фольклором Pink Floyd.

Как раз в период создания «Animals» внутренние конфликты, штурмующие крепость Pink Floyd, выносятся на публику. В конце 1977 года, почти исключительно из чувства протеста, Ник Мейсон продюсирует альбом «Music For Pleasure» группы Damned. А в следующем году уже Райт и Гилмор выпускают каждый по сольному альбому, что дает еще один повод для спекуляций о распаде Pink Floyd.

Тем не менее, списывать их со счетов было еще рано. В 1979 году музыканты выпустили второй по тиражу блокбастер «The Wall», в создании которого решающую роль сыграл Роджер Уотерс. Искусно переложенное на музыку автобиографическое путешествие, диск «The Wall» стал для бас-гитариста творческой отдушиной, способом борьбы со сплином и критики в адрес целого ряда основополагающих принципов истеблишмента. Сингл «Another Brick In The Wall», обличающий систему образования, не только вернул имя группы на первые позиции британского чарта, но и стал — не удивляйтесь — единственным хитом Pink Floyd номер один на родине. Яркий музыкальный материал «The Wall» лег в основу сценического шоу, которое потрясало воображение даже видавших виды зрителей. А в 1982 году на экраны вышел и фильм по мотивам шоу с участием Боба Гелдофа (Bob Geldof). Поразительную анимацию к фильму разработал Джеральд Скарфи (Gerald Scarfe), автор обложки альбома.

Однако никакой успех уже не мог повернуть вспять марширующую прямо к распаду команду. Долгоиграющая вражда между Уотерсом и Райтом, который когда-то едва не ушел из группы вместе с Барреттом, в конце концов вынудила его распрощаться с Pink Floyd. Это было в 1979 году. Но и в 1980-м, и позднее отношения между участниками группы оставались напряженными. Ужесточились трения по финансовым вопросам, Гилмор был категорически недоволен тем, что его авторство в «The Wall» нигде не озвучивалось. Когда Мейсона спросили однажды, почему Pink Floyd до сих пор не разбежались в разные стороны, он ответил: «Потому что мы еще друг друга не прикончили».

Ко всеобщему удивлению и вопреки всем пророчествам, музыканты записали и выпустили новый альбом, и не один. Лонг-плей «The Final Cut» (1983) был лишенным всякого юмора плодом усилий почти одного только Уотерса. Диск включал треки, написанные для «The Wall», но по каким-то причинам отвергнутые группой. Вклад Мейсона был довольно незначительным, Гилмор не проявил почти никакого интереса к релизу, так что раздробленность Pink Floyd стала совершенно очевидной. Один сингл, «Not Now John», еще успел отметиться в британском Top 30, однако катастрофа была неизбежна. В конце 1983 года Pink Floyd не стало.

Получив долгожданную свободу, музыканты кинулись реализовывать свои персональные творческие амбиции. Уотерс начал сольную карьеру, яркую и стремительную, но коммерчески малоудачную. Мейсон и Гилмор тоже выпустили относительно успешные сольные альбомы, но сравниться с популярностью Pink Floyd никому из них было не под силу. Дэвид Гилмор зарекомендовал себя блестящим сессионным гитаристом, а в 1985 году принял участие в памятном концерте Live Aid вместе с Брайаном Ферри (Bryan Ferry), экс-вокалистом Roxy Music.

Однако смириться со смертью своего «розового» детища они все-таки не смогли, и в 1987 году Ник Мейсон и Дэвид Гилмор предпринимают попытку возродить Pink Floyd. Рик Райт соглашается вернуться, но только на правах «наемника». Однако появилось новое препятствие: не желавший возвращаться в команду Уотерс пытался добиться через суд запрета на использование названия. Мейсон, Гилмор и Райт сочли, что их это не касается и продолжили работать без Уотерса. Название, в конце концов, осталось за ними.

Озаглавленный загадочно «A Momentary Lapse Of Reason», релиз был выдержан в традициях «старых» Pink Floyd, но с экспериментальным уклоном. Вклад Райт и Мейсона оказался минимальным, но Гилмор привлек сессионных музыкантов, среди которых стоит отметить Фила Манзанеру (Phil Manzanera) из Roxy Music.

Мощное мировое турне в поддержку альбома стартовало в сентябре 1987 года и переросло в 12-месячный марафон, в рамках которого музыканты отыграли 200 концертов. У тура были два важных последствия: издание концертника «Delicate Sound Of Thunder» и, что еще важнее, восстановление дружеских отношений между Райтом и Мейсоном. Что касается Уотерса, то он подготовил экстравагантное представление «The Wall» на остатках Берлинской стены в 1991 году. Хотя шоу транслировалось на весь мир, эта акция не утолила всех надежд перфекциониста Уотерса, так что от дальнейших опытов по возрождению Pink Floyd он воздержался.

В 1994 году его бывшие коллеги издали «The Division Bell», запись достаточно высокого класса, по мнению ряда критиков, одну из наиболее удачных в карьере группы. «Альбом больше похож на оригинальный Pink Floyd, чем любой другой релиз со времен ’Wish You Were Here’», — утверждал Гилмор, стараясь убедить в этом фанов, критиков, а может быть, и самого себя. Не стареют ветераны и — снова отправляются в обширный гастрольный вояж. Мейсон пребывает в отличной форме, Райт участвует в концертах как постоянный участник команды, а программа органично сочетает как старый, так и новый материал.

Концерты сопровождались изумительными световыми шоу, с учетом новейших технологий — лучшими за всю историю группы. Похвалы критиков лились рекой, подтверждая, что группа с достоинством перенесла потерю еще одного многофункционального участника. Подбодренные успешным туром, музыканты выпустили отлично записанный live-альбом «Pulse» (1995).

За последние семь лет участники Pink Floyd ни в одном из составов не делали попыток тряхнуть стариной и поразить воображение новых поколений очередным студийным блокбастером. В 2000 году вышел концертник на материале тура 1980–81 годов в поддержку «The Wall» — «Is There Anybody Out There? The Wall Live», приуроченный к 20-летнему юбилею эпохального альбома. Оценки критиков по-прежнему восторженные. На альбоме фанов ожидали несколько сюрпризов — никогда еще не издававшийся трек «The Last Few Bricks» и звучавшая только в фильме «The Wall» песня «What Shall We Do Now?».

Наконец, в ноябре 2001 года, подытоживая свой 35-летний путь в музыке, музыканты издают официальную коллекцию лучшего и избранного «Echoes: The Best Of Pink Floyd». Двухплиточник включил 26 песен, отображающих эволюцию Pink Floyd от прото-психоделии авторства Сида Барретта, через период, прожитый под знаменами Роджера Уотерса, и до последних релизов, обязанных своим появлением Дэйву Гилмору.

Неудивительно, что группа, неоднократно восстававшая как Феникс из пепла, постоянно держит своих поклонников в напряжении. Однако Дэвид Гилмор сегодня советует фанам не тешить себя иллюзиями и не надеяться, что в ближайшее время Pink Floyd окопаются в студии. Все музыканты заняты собственными проектами, сольными карьерами, гастролями и неохотно рассуждают на тему очередного воссоединения, хотя попытки реанимации предпринимаются регулярно.

Но разве запретишь верить в чудо?…

Mudvayne: биография

Американская nu-metal группа Mudvayne была создана в 1996 году тремя неформалами с необычными псевдонимами: гитарист Gurrg (он же Грег Триббетт), барабанщик Spag (он же Мэттью МакДоноу), вокалист Kud (он же Чад Грэй). Басист Ryknow (он же Райан Мартини) появился в группе только два года спустя.
Участники группы не ограничивались музыкальным творчеством. Параллельно с написанием песен они создавали визуальный ряд своих выступлений, который представлял собой весьма странный набор костюмов и телодвижений, в некотором роде сходный по концепции со Slipknot. Музыкальный ряд можно охарактеризовать как nu-metal с вкраплениями электроники.

Первой записью Mudvayne стало демо «Kill, I Oughta» выпущенное на собственные деньги музыкантов в 1997 году, которое помогло группе получить контракт с одной из крупнейших звукозаписывающих компаний в мире Epic Records. Позже, в ноябре 2001 года, это демо было переиздано под названием «The Beginning Of All Things To End».

Дебютный альбом группы был назван «L.D. 50», что является фармакологическим термином для смертельной дозы. Продюсером альбома стал Гарт Ричардсон, который работал над ним вместе с Шоном Краэном из Slipknot. Альбом «L.D. 50» вышел в августе 2000 года и получил немало положительных рецензий в рок-прессе. Тем не менее, многие сразу отметили сходство Mudvayne и Slipknot, что было отчасти правдой хотя бы в использовании костюмов и псевдонимов. Некоторые музыкальные критики сделали соответствующие выводы, назвав Mudvayne паразитами на имидже Slipknot, хотя на самом деле обе эти группы развивались совершенно самостоятельно.

Вскоре после выхода альбом «L.D. 50» стал золотым, а Mudvayne получили ряд престижных музыкальных наград, включая MTV2 Video Award 2001.
Полтора года Mudvayne проводят в дороге, выступая по всей территории США.
19 ноября 2002 группа выпускает свой второй альбом под названием «The End of All Things to Come», который был записан в студии Pachyderm вместе с продюсером Дэвидом Боттриллом (известен по работе с TOOL). Новый альбом принес смену имиджа. Теперь музыканты на сцене были больше похоже на пришельцев из космоса. Соответственно поменялись и их псевдонимы. Теперь в группе играли Chud (Kud), Guug (Gurrg), R-uD (Ryknow) и Spug (sPaG) (все новые псевдонимы написаны с использованием u-умляутов, которые могут не отображаться в тексте правильно, но тем не менее, просьба учитывать этот факт).

После выхода «The End of All Things to Come» группа впервые отправляется в Европу на фестиваль Summer Sanitarium 2003, где также играли Metallica, Limp Bizkit, Deftones и Linkin Park.

В июле 2003 года выходит первый DVD-сингл под названием «Not Falling». На диск вошел видеоклип, а также несколько видеофрагментов о съемках с комментариями вокалиста Чада Грея и режиссера клипа Дина Кара.

Понимая, что визуальный ряд в творчестве Mudvayne также важен, как и музыка, лэйбл финансирует еще один видеоклип на песню «World So Cold».
В сентябре 2003 года Mudvayne впервые отправляются в тур по США в качестве хедлайнеров в компании Powerman 5000, V Shape Mind и Fingertight.
Запись выступления на Summer Sanitarium 2003 оказывается достаточно качественной, чтобы выпустить ее в качестве концертного альбома. Считается, что это бутлег, поэтому официального распространения концертник так и не получил, но его можно заказать на официальном сайте группы.

Александра и Константин: биография

Дуэт«Александра и Константин» — первые представители Беларуси на конкурсе Eurovision 2004. Стиль — этно-фьюжн, поп-рок, кантри. Образован: в 1998 году в г. Борисове (Беларусь). Состав:

  • Александра Кирсанова в дуэте вокалистка, композитор, аранжировщик. Играет на окарине, блок флейте, губной гармошке, фортепиано, перкуссии
  • Константин Драпезо в дуэте гитарист, композитор, аранжировщик.
Выступления: В Беларуси, России, Украине, Казахстане, Эстонии, Литве, Латвии, Польше, Германии, Болгарии, Турции, Сербии, Мальте. Победы в международных конкурсах: «Славянский базар в Витебске — 2002» (Беларусь), «Этносфера — 2002» (Польша), «Астана — 2003» (Казахстан), Palangos Gaida 2005 (Литва), Discovery 2006 (Болгария). Дискография: «За ліхімі за марозамі» (2001), «Сойка» (2003), «My Galileo. The Best of A&K» (2004), «Аўтаномная Навігацыя» (2006) , «Аўтаномная Навігацыя. Акустычны канцэрт» (DVD 2008), «Ключы златыя « (2009). В составе «Звёздной команды» артистов и спортсменов Александра и Константин — участники многочисленных благотворительных акций ООН, проходящих в рамках Всемирной кампании «Остановить СПИД. Выполнить обещание» (2005—2015 гг. Беларусь). Контакты: e-mail:
[email protected][email protected]. Официальный сайт www.alexandrakonstantin.com.

Black Rebel Motorcycle Club: люди в черном

Американцы Black Rebel Motorcycle Club стали одним из трех китов, на которых держится пресловутая «новая рок-н-ролльная революция», захватившая мир в начале нового века. Так же, как и их коллеги по сцене The Strokes и The White Stripes, BRMC отказались от внешних эффектов, едва не погубивших рок-н-ролл, и сосредоточились на том, чтобы донести новому поколению всю мощь и величие «рок-н-ролла настоящего», представленного такими корифеями жанра, как The Stoogies, MC5, Velvet Underground. Выпуская в 2001-м свой дебютный альбом, названный просто «BRMC», Роберт Тернер, Питер Хейс и Ник Джейго и не подозревали о резонансе, который он вызовет. Сейчас, спустя всего лишь два года после выхода, эту работу называют классической и ставят в пример подрастающему поколению. Поколение жадно поглощает информацию: как результат — всеобщее англо-американское помешательство на новых группах «гаражного рока»: Vines, Libertines, Datsuns, Mooney Suzuki и прочая и прочая… На фоне этих новичков BRMC выглядят чуть ли не мастодонтами. При этом всем троим, заметим, еще не исполнилось и 25-ти…

Kings Of Leon: История

История музыки насчитывает немало коллективов, в которых играют близкие или дальние родственники: Oasis, Lynyrd Skynyrd, Allman Brothers… Их пример показываета, что степень родства участников никак не сказывается на качестве исполняемой ими музыки. Зато благоприятно отражается на дисциплине. Как говорят Kings Of Leon, «если слажал брат, можешь подойти к нему и спокойно дать по роже — поймет и не обидится. В другой группе это может привести к распаду команды». Kings Of Leon — явление в своем роде уникальное. Состоящее из четырех братьев: троих родных и одного — двоюродного. Но далеко не только это отличает группу от себе подобных. История их восхождения на музыкальный Олимп настолько неправдоподобна, что поначалу вызывает скепсис. Как известно, жизнь умеет шутить по-всякому. Kings Of Leon как раз и стали результатом одной из таких «шуток».